Довольно часто, при работе с записью музыкального материала, у правообладателей и других участников музыкального рынка возникает вопрос, связанный с наличием интеллектуальных прав у «бойцов невидимого фронта» — звукорежиссеров и аранжировщиков. Практика показывает, что уровень компетентности специалистов в вопросах авторского права часто недостаточен, когда речь идет о специфике творческого труда этих важнейших участников процесса создания музыкального продукта.
Когда речь заходит о звукозаписи, юристы часто оказываются не в состоянии, в частности, определить «объективную форму» звука. Вполне материальны кино, литература, и изобразительные искусства, их объекты осязаемы. А звук — субстанция нематериальная, и какие могут быть на него права? В соответствии с этой стандартной логикой музыкой является… напечатанный на бумаге нотный текст, а фонограмма идентифицируется с таким произвольным материальным объектом, как носитель записи. Подобное «материалистическое мировоззрение» проявляется и в других видах искусства — например, кинорежиссер является субъектом авторского права, а театральный режиссер — лишь субъектом смежного (исполнительского) права всего лишь потому, что спектакль не фиксируется на механическом носителе. То, что труд режиссеров в обоих случаях очень близок по содержанию, во внимание не принимается.
Очевидно, сами сущностные особенности произведения искусства как объекта права остаются в значительной степени неясны ни законодателям, ни даже правообладателям. Особенно заметно это на примере такого максимально нематериального вида искусства, как музыка. Существующее в настоящее время в этой области разделение права на авторское, исполнительское и «механическое» представляется вполне оправданным, поскольку позволяет довольно точно определить границы между отдельными этапами создания произведения. Вспомним, что до возникновения звукозаписи музыкальное произведение существовало в двух видах:
— как написанный композитором нотный текст, являющийся по существу инструкцией музыканту по игре на инструменте, алгоритмом его действий по исполнению музыки;
— как публичное действие — выполнение музыкантом предписанных композитором манипуляций с инструментом, в результате чего инструмент издает последовательности звуков, соответствующие замыслу композитора, запечатленному в нотном тексте.
Революционным событием, изменившим ситуацию с авторским правом, стало появление звукозаписи. Возможность зафиксировать и воспроизвести механическим путем ранее уникальный исполнительский акт, а еще больше — возможность тиражировать его, сразу же привлекла внимание юристов, ибо здесь возникает новый субъект права, — музыкант-исполнитель. Более того, возник еще один новый субъект прав — производитель и, что еще более важно, владелец объекта прав — фонограммы. Таким образом, количество субъектов права увеличилось, причем сами эти права разделились на авторские (композитор, аранжировщик), исполнительские (музыкант), и так называемые «механические» (производитель, владелец и издатель фонограммы).
С тех пор, за 140 лет существования, технология звукозаписи шагнула далеко вперед. Сейчас, по существу, это уже другой вид деятельности, особенно в насыщенной спецэффектами электронной поп-музыке. Поэтому неполной и устаревшей представляется формулировка фонограммы как «звуковой записи исполнения музыкальных и иных произведений, других звуков». Дело в том, что звукозапись в виде фиксации на носителе исполнительского акта в настоящее время используется лишь в так называемой «живой» трансляционной записи, т. е. записи, сделанной на месте события (концерта, спектакля, телевизионного эфира и т. п.) Однако, значительная часть современных записей представляет собой не просто фиксацию на носителе звуков, произведенных в процессе исполнения музыкального произведения, но новый особый вид музыкального творчества, реализуемый непосредственно в звуковом материале с помощью современных технических средств создания и обработки аудиосигналов. Смещение основного массива работы при создании фонограммы с фиксации живого исполнения на монтаж звукового материала, его обработку и микширование множества отдельных предварительно записанных и обработанных источников звука в единое итоговое звучание привело к тому, что содержанием такой фонограммы является не однажды запечатленное музыкальное событие, а искусственно созданная звуковая «картина», которая существует только в виде студийного продукта. В этом виде творчества центральными фигурами становятся аудиопродюсер (саундпродюсер) и звукорежиссер. Аудиопродюсер определяет характер звучания будущей фонограммы и контролирует последовательность технологических операций с точки зрения соответствия получаемого результата поставленной художественной задаче. Звукорежиссер же непосредственно осуществляет упомянутые технологические операции, творчески решая поставленные задачи. Увы, современное законодательство об авторском праве и смежных правах всех этих важных особенностей не отражает.
Будучи центральными фигурами современного процесса создания фонограмм, продюсер и звукорежиссер имеют все основания претендовать на то, чтобы стать субъектами авторского права на фонограмму как на созданную именно их трудом звуковую композицию, что отличит их от композитора как автора музыкального материала, и от исполнителя как реализатора этого материала. При юридическом определении объектов права необходимо учитывать творческий характер работы звукорежиссера и аудиопродюсера, тот факт, что результат их работы может являться объектом интеллектуальной собственности. Ведь далеко не изжито и даже доминирует в творческой среде восприятие звукорежиссера как человека, который просто нажимает кнопки. И здесь важно наладить диалог между представителями профессии, юристами в сфере интеллектуального права и законодателями. Необходимо определить, что именно в этом случае является объектом интеллектуальной собственности, и выработать пути решения проблемы, в частности, добиться отнесения аудиопродюсера и звукорежиссера к субъектам права, которым полагаются авторские отчисления (роялти) при использовании фонограмм.
Друзья, мы всегда рады получить от вас вопросы в сфере авторского права, и обсудить темы, которые вам интересны! Если вы хотите предложить свою тему для дискуссии или получить консультацию юриста РПСМИ — пишите нам: lawyer@rpsmi.ru